Антирак. Укрепим свою защиту

Давид Серван-Шрейбер — психиатр и психотерапевт, автор новой книги “Антирак”. Спустя 2 года после выхода его первой работы “Исцеление” он вновь делится своими взглядами на возможность противостоять этой болезни. Его фундаментальный труд способен поменять наш взгляд на многие привычные вещи.

Укрепим свою защиту

Поскольку он сам излечился от рака, в этой книге автор вновь выступает и как очевидец, и как врач. Да, все мы рискуем столкнуться с раком. В то же время в наших силах предотвратить рост опухолей и помочь организму бороться с болезнью, если она настигла. “Сегодня не существует альтернативных методов излечения рака, — поясняет Давид Серван-Шрейбер. — Невозможно даже помыслить о том, чтобы лечить его, не прибегая к современным достижениям медицины. Но при этом неразумно пренебрегать естественной способностью организма защищаться от опухолей, предотвращая болезнь или помогая организму во время терапии”. Наши возможности в борьбе с онкологическими заболеваниями напрямую зависят от образа жизни. “Антирак” не стоит воспринимать как свод незыблемых догм. Книга дает нам в распоряжение научные сведения, которые позволят каждому сознательно отнестись к собственному здоровью.

Вы задумывали новую книгу как своего рода продолжение “Исцеления”?

Когда я закончил работу над книгой “Исцеление”, мне казалось, что я полностью исчерпал волнующую меня тему; в тот момент я не подозревал, что будет продолжение. Однако еще одна книга оказалась необходимой по нескольким причинам.. Как врач, ученый и пациент я почувствовал, что должен поделиться своим опытом с максимальным количеством людей. Поделиться знаниями, позволяющими каждому понять внутренние механизмы нашего здоровья и то, как можно его поддерживать. Во-первых, я уже достаточно отстранился от собственного опыта болезни. Во-вторых, за последние 10 лет появилось огромное количество информации о взаимосвязи между питанием и раком, о воздействии окружающей среды, и мне показалось, что пришло время обобщить результаты этих работ и сделать их всеобщим достоянием. Наконец, появились научные данные, доказывающие, что рак превратился на Западе в настоящую “эпидемию” (не в смысле заразности, а в смысле массовости заболевания), которая убивает каждого четвертого, и сейчас мы, наконец, начинаем понимать ее причины. “Жить по принципам “Антирака” — означает жить просвещенной, наполненной светом жизнью”.

То есть причины возникновения рака известны?

Долгое время считалось, что рак связан с наследственностью и в этом смысле практически неизбежен. Но постоянный рост числа случаев рака говорит о том, что дело не только в генах, что существуют и другие (внешние) факторы — прежде всего, окружающая среда и образ жизни, которые оказывают огромное влияние на организм. Наследственность играет роль только в 15% случаев. Каждый из нас — потенциальный носитель рака, поскольку в организме каждого человека присутствуют раковые клетки, из которых может развиться опухоль. И именно наш образ жизни провоцирует или не провоцирует запуск этого процесса: он может питать рак или поддерживать механизмы защиты, препятствующие размножению раковых клеток.

Это новый подход в науке?

В общем, да. За последние десятилетия ученые необычайно продвинулись, поняв, что можно остановить болезнь (даже не разрушая раковые клетки), если помешать организму подпитывать рост опухоли. Это настоящая революция! Вместо того, чтобы ограничиваться лобовыми атаками — химиотерапией и облучением, врачи могут помогать телу в его борьбе с опухолью, например, не давая ей создавать новые кровеносные сосуды, необходимые ей для роста. Из этой научной революции вырос целый ряд захватывающих исследований, направленных на поиск эффективных способов помощи нашему организму. На самом деле в каждом из нас есть естественные механизмы защиты от рака, которые сильно ослаблены современным образом жизни, но их можно укрепить, изменив очень простые вещи: выбирать то, что мы едим, увеличить физическую нагрузку, следить за состоянием окружающей среды и внимательнее относиться к своему внутреннему миру.

Значит, питание — один из ключевых элементов в борьбе с раком?

Я считаю, что это ключевая причина его распространения. Раз резкий рост количества раковых больных не может быть объяснен только ухудшением психологического состояния людей, значит, надо искать другие изменения в их образе жизни. Можно констатировать, что за последние 50 лет 3 вещи изменились очень существенно: потребление рафинированного сахара; использование химикатов в удобрениях, средствах борьбы с вредителями, применение пестицидов; рацион питания домашнего скота и птицы. До Второй мировой войны коровы и куры питались травой; сегодня — соей и кукурузой. В траве есть кислоты типа Омега-3, в сое и кукурузе — типа Омега-6. А баланс между Омега-3 и Омега-6 отвечает за контроль над воспалительными процессами в нашем организме…

Страшно подумать, что рак притаился в твоей тарелке…

По-настоящему пугает то, что сегодня каждый четвертый человек западной цивилизации умирает от рака, тогда как в других странах дело обстоит иначе. Но мы можем до некоторой степени контролировать факторы, которые способствуют заболеванию. Для меня лучшее средство от тревоги — владение ситуацией. Я как раз предоставляю читателю информацию о средствах контроля над ситуацией, а дальше он решает сам.. Речь не о том, чтобы стать фанатиками здорового питания. Я просто призываю осознать, что некоторые продукты (например, зеленый чай или куркума) дают нам здоровье, а другие (рафинированный сахар, мясо животных, которых неправильно кормили) — способствуют болезни.

Получается, мы виноваты сами?

Не перегибайте: больные не виноваты в том, что у них рак. Ни в коем случае! Ответственность за наши онкозаболевания лежит на таких факторах, как окружающая среда и питание, и тут нет ничьей вины. Наш образ жизни отклонился от курса после Второй мировой войны под влиянием экономических интересов компаний-производителей и нашей потребности в комфорте. Никто не мог представить себе, к чему это приведет… Но вот за нашу борьбу с болезнью отвечаем только мы сами. Сегодня, как это было в моем случае, бесполезно проходить курс химиотерапии, не сопровождая ее естественными методами повышения способности организма бороться с воспалением, которое питает раковые клетки. Ничто не мешает пить зеленый чай во время курса лучевой терапии!

Как медицинские круги воспринимают эти вспомогательные методы?

В основном, врачи мало знают о них, но в то же время очень ими интересуются. Онкологи, с которыми я разговаривал, открыты для диалога. Они зачастую плохо информированы просто потому, что такие методы не приводят к созданию новых лекарств. К примеру, куркума — самое мощное из натуральных противовоспалительных средств. Индийцы, употребляющие ее по несколько граммов в день (она входит в состав карри), гораздо реже страдают от рака, болезни Альцгеймера, сердечно-сосудистых заболеваний, чем мы. Мы прекрасно могли бы ввести куркуму в свой рацион, но, поскольку ее невозможно запатентовать, ее нельзя выпускать как лекарство. А значит, нет и научных симпозиумов, где можно было бы распространять эту информацию, нет рекламы в медицинских изданиях, нет масштабных исследовательских проектов. Информация просто не доходит до онкологов, и я бы хотел, чтобы моя книга была полезна и в этом отношении.

Что мы сами можем изменить в нашем питании, исходя из принципов “антирака”?

“Необходимо осознать, что некоторые продукты дают здоровье, а другие помогают болезни”

Есть лишь один радикальный метод — менять технологии в сельском хозяйстве. Коровы и куры должны питаться травой или хотя бы льняным семенем, чтобы в мясе, молоке и яйцах сохранился оптимальный баланс омега-3- и омега-6-кислот. Это имело бы колоссальное влияние на здоровье людей. Но такие изменения — долгий процесс, поскольку они затрагивают колоссальные экономические интересы. А пока что лучше употреблять в пищу экологически чистые биопродукты. В то же время осознание вредности пестицидов не должно лишить нас овощей и фруктов: пользы от них гораздо больше, чем возможного вреда. Лучше есть брокколи с пестицидами, чем совсем не есть брокколи! Конечно, лучше употреблять овощи и фрукты, выращенные без пестицидов, но не надо от них отказываться, если это невозможно! Нужно просто тщательно их мыть и чистить — вот и все.

Существуют ли психологические условия, способствующие раку?

Наука только сейчас начинает понимать, как психологические факторы воздействуют на механизмы рака. Мы возлагаем большие надежды на эти исследования. В целом есть две группы неблагоприятных факторов: во-первых, психологические травмы, особенно если они возвращают нас к той боли, которую мы уже пережили в детстве; во-вторых — ощущение непрожитой жизни. В таких случаях развитие воспалительных процессов в раковых клетках можно затормозить медитацией. Для начала достаточно 5 минут в день: они позволяют вам восстановить контакт с самим собой, а когда это войдет в привычку, медитация будет задавать тон всему вашему дню!

Это как физкультура?

Именно. И главное тут — не упорные занятия каким-то видом спорта, а просто регулярная физическая нагрузка. Например, у женщин, которые ходят пешком по 50 минут в день 5 дней в неделю, вдвое реже возникают рецидивы рака груди. Вовсе не обязательно каждый год на месяц перебираться в тибетский монастырь или проводить в спортзале по 3 часа в день — просто надо сделать физическую нагрузку и медитацию неотъемлемой частью нашей жизни. Когда мы привыкаем чуть-чуть прислушиваться к огню жизни, который горит у нас в груди, то начинаем постоянно ощущать его присутствие.

Если придерживаться ваших рекомендаций, можно ли застраховать себя от рака?

К сожалению, в медицине не бывает гарантий. Но мы знаем, что целые народы, живущие по принципам “антирака”, в 7, а иногда и в 60 раз меньше рискуют заболеть, чем мы, люди Запада! А если заболевают, то риск умереть у них тоже значительно ниже. Надо просто сделать так, чтобы наши знания работали на нас.

В книге вы впервые говорите о своей болезни. Считаете ли вы, что рак в каком-то смысле дал вам шанс?

Тут сложно говорить о везении, потому что я никому бы этого не пожелал. Я мечтаю, чтобы люди могли извлечь уроки из моего опыта, не будучи вынужденными бороться с раком сами. Но в каком-то смысле, конечно, рак дал мне шанс. Сегодня я придерживаюсь нового образа жизни уже не для того, чтобы избежать возможного рецидива болезни, а потому, что он приносит мне радость, энергию, спокойствие духа.. Жить по принципам “антирака” — значит жить полной и просвещенной жизнью. Я живу, я счастлив, я чувствую, что полезен людям.. Благодаря болезни я осознал, что моя жизнь когда-нибудь закончится. Но это не так уж важно, если она была счастливой и если я сумел наполнить ее смыслом.

Дарья Аполлонова, Psychologies

Давид Серван-Шрейбер узнал о том, что у него опухоль головного мозга, когда ему было 30 лет. В своей книге “Антирак” он возвращается к пережитому.

Шок

“Я никогда не забуду тот октябрьский вечер в Питсбурге: я мчусь на мотоцикле в Исследовательский центр; деревья вдоль дороги пламенеют красками осени… В Центре меня ждут Джонатан и Дуг, нам предстоит очередная серия экспериментов. Помогают нам в этом (за скромное вознаграждение) наши студенты: “подопытного” вкатывают в томограф, где он выполняет различные интеллектуальные задания, а мы фиксируем показания аппарата. Студенты обожали наши исследования и всегда ждали цифровой снимок своего головного мозга: получив его, они тут же спешили приспособить картинку в качестве заставки для монитора своего компьютера.

“Я отказался от терапии с применением новейших технологий, так как врач, предложивший мне этот метод, казалось, был всецело поглощен общением со своим компьютером, а не со мной и моими страхами, сомнениями и надеждами…”

К восьми часам появляется первый студент. Второй, которому было назначено на 9-10 часов, не приходит. Джонатан и Дуг предлагают мне побыть “подопытным кроликом”. Я, конечно, соглашаюсь — из нас троих я хуже всех разбираюсь в технике. Забираюсь в томограф — тесную трубу, где приходится лежать с руками, плотно прижатыми к телу, почти как в гробу.

Они подходят к томографу, чтобы выдвинуть стол, на котором я лежу, и, выезжая из трубы, я вижу на их лицах странное выражение. Джонатан кладет мне руку на плечо и говорит: “Эксперимент проводить нельзя. У тебя там одна штука в мозгу”. Сомнений быть не могло: в области предлобной коры справа имелось что-то округлое размером с грецкий орех. При таком расположении это не могла быть доброкачественная опухоль, которые мы иногда видели. Я не мог питать иллюзий по поводу того, что мы обнаружили. На поздней стадии рак мозга без лечения убивает человека за 6 недель, с лечением — за полгода. Я не знал, какая стадия у меня, но знал статистику. Мы все трое молчали, не зная, что сказать”.

Принятие

“Я лежал в постели и смотрел, как к потолку поднимается тонкая струйка дыма от моей сигареты. Уснуть я не мог. Я потерялся в своих мыслях. Внезапно
я абсолютно четко услышал свой собственный голос: он звучал внутри меня с поразительной мягкостью, уверенностью, ясностью — это было совершенно новое ощущение, доселе мне не известное. Я не контролировал его, и все же этот внутренний голос принадлежал мне. В тот момент, когда в голове стучало “Не может быть, чтобы это случилось со мной, это невозможно”, мой голос сказал: “Знаешь что, Давид? Очень даже может, и это не конец света”.

И тут произошло что-то необъяснимое, странное: с этой секунды с меня словно сошел паралич. Мне открылась очевидность: да, такое возможно, это часть человеческой жизни, до меня это пережило множество людей, и я тут не исключение. Нет ничего страшного в том, чтобы просто быть человеком, полностью человеком. Мой мозг сам нашел способ облегчить мое состояние. Позже, когда мне снова делалось страшно, я должен был научиться владеть своими эмоциями… Но в тот вечер я уснул, а наутро смог пойти на работу и действовать так, чтобы начать противостоять болезни и взглянуть в лицо собственной жизни”.

Жить

“Я вдруг оказался в сером мире, мире людей без званий, без свойств, без профессии. Никому не интересно, чем они занимаются или о чем думают, — интерес представляют только их последние рентгеновские снимки. Я заметил, что большинству врачей не удавалось относиться ко мне одновременно как к пациенту и как к коллеге. Однажды в гостях я столкнулся с моим онкологом, блестящим специалистом, которого я очень ценил. Я увидел, как он побледнел, встал из-за стола и распрощался под каким-то невразумительным предлогом. У меня вдруг возникло ощущение, что существует некий “клуб живых” и мне дают понять, что я из него исключен. Мне стало страшно. Страшно, что меня будут воспринимать как человека другой породы — породы людей, которые определяют себя через свою болезнь. Страшно сделаться невидимым. Страшно перестать существовать еще при жизни. Возможно, мне предстояло вскоре умереть, но я хотел оставаться живым до самого конца!”

Рецидив

“Узнать, что у тебя рак, — это шок. Ты чувствуешь, что тебя предали жизнь и твое собственное тело. Но узнать, что болезнь вернулась, ужасно. Ты вдруг обнаруживаешь, что чудовище, которое ты уже считал поверженным, не умерло, а шло за тобой по пятам в темноте и наконец настигло тебя. Неужели от него никогда уже не будет покоя?

Когда мне сказали, что у меня рецидив, передо мной мгновенно пронеслись все страдания и весь ужас, пережитые в первый раз, и я сказал себе, что у меня нет сил пройти через это испытание снова. <…> Я вышел пройтись в одиночестве. Голова гудела. Я до сих пор не могу забыть то смятение, которое охватило меня тогда. Наконец мне удалось сосредоточиться на дыхании, успокоить бурю мыслей и обратиться внутрь себя со словами, которые в чем-то очень напоминали молитву: “О мое тело, мое существо, моя жизненная сила, поговори со мной! Дай мне почувствовать, что с тобой происходит… Объясни, почему ты позволяешь так поступать с собой… Скажи мне, в чем ты нуждаешься. Скажи мне, что тебя питает, что придает тебе сил, что лучше всего защищает тебя. Скажи, как мы сможем вместе пройти этот путь, потому что я один, своей головой, не справился и теперь не знаю, что мне делать…” Через пару часов ко мне вернулось самообладание, и я был готов обходить врачей по новому кругу”.

Доверие

“Как и большинство пациентов, чем больше я получал информации, тем больше терялся. Каждый врач, который меня осматривал, каждая научная статья, которую я читал, каждый сайт в интернете, на который я заходил, приводили весомые и убедительные аргументы в пользу того или иного метода лечения. Как тут сделать выбор? В итоге, только глубоко погрузившись в себя и прислушавшись к себе, я в конце концов смог почувствовать, что будет верным именно для меня. Я отказался от сверхсовременного метода с использованием новейших технологий, когда рукой врача водит компьютер, потому что тот, кто мне предложил его, рассказывал исключительно о технической стороне дела и, казалось, больше интересовался своим роботом, чем моими страхами, сомнениями и надеждами. Я отдал предпочтение хирургу, который понравился мне своим ясным взглядом и исходившим от него ощущением тепла: с ним я почувствовал, что меня “лечат”, еще до того, как он начал меня осматривать. Мне понравилась фраза, которую он сказал мне: “Мы никогда не знаем, с чем столкнемся во время операции, и я ничего не могу вам обещать. Единственное, в чем вы можете быть уверены, — я сделаю все, что в моих силах”. И я почувствовал, что он говорит искренне, что он действительно сделает все, что сможет. Мне нужна была именно эта вера; гораздо нужнее, чем оборудование по последнему слову техники”.


Метки: боль, брокколи, грецкий орех, доброкачественная опухоль, зеленый чай, клетка, клетки, медитация, овощи, омега-3, омега-6, рак

No comments yet.

Leave a comment

You must be logged in to post a comment.