Репортаж из комы

Бельгиец Ром Хоубен попал в автомобильную аварию, когда ему было 23 года, а через 23 года у врачей появилось подозрение, что пациент все эти годы находился в сознании: все видел, слышал и понимал — но не мог сказать об этом. Когда эксперименты подтвердили эту пугающую правду, за больного взялись, и усиленная терапия привела в действие мышцы тела. С посторенней помощью он начал печатать на компьютере рассказать о своих переживаниях. “Я кричал, но никто меня не слышал…”, — так начал он свое повествование. Ром Хоубен провел “взаперти”, внутри парализованного тела половину жизни. Это состояние — сохранное сознание на фоне абсолютного паралича, когда у врачей нет никаких причин отрицать, что пациент в коме — было описано в 1966 году и красноречиво названо locked-in syndrome, сокращенно LIS.

На снимке Daily Mail запечатлен актер. Каково пришлось самому Хоубену, который 23 года не мог никак дать знать о себе врачам и близким — остается только догадываться.

Сюжет, естественно, всколыхнул давний спор о том, следует ли годами держать коматозных пациентов на аппаратах жизнеобеспечения. Логично предположить, что такие случаи — не редкость. Но важнее всего другое: среди пациентов, которые впадают в кому и быстро умирают, немало тех, кто умирает в беззвучных муках, о которых они не могут нам сказать. По мнению доктора Стивена Лорея, главы Центра исследования комы в Льеже множество пациентов, впадающих в кому перед смертью, на самом деле находятся ровно в таком же положении, как Ром Хоубен, и не получают обезболивания. Наконец, большинство таких пациентов объявляют умершими раньше времени — и отдают их органы на пересадку.

Доктор Лорей придумал, как поставить правильный диагноз Рому Хоубену. На пациента надевают наушники и делают некую хитрую энцефалограмму. Одновременно через наушники диктуют последовательности из восьми имен, где запрятано и имя больного. При этом больного просят посчитать, на какой позиции его имя. Функционирующий мозг дает всплеск электромагнитной активности; коматозный — нет.

Лорей говорит в одном интервью: “В прошлый раз подобный прорыв произошел в 50-е годы, когда внедрялся дыхательный аппарат”. Тогда успехи реанимации заставили считать живыми тех, кого раньше причисляли к мертвым: переставших дышать. В итоге десятки тысяч людей в год оказываются на аппарате искусственного дыхания, и, получая лечение, многие из них доживают до того момента, когда могут дышать сами.

Если дыхание не критерий, кого тогда считать мертвым? Кого можно отключить от аппарата, чьи органы можно отдавать на пересадку? С 50-х годов врачи оперируют понятием “смерть мозга”. Академик Павлов считал: у мозга есть две сферы деятельности — движение и чувства. Нет движения — значит, скорее всего, нет чувств, значит, умер. Но сегодня врачи научились проникать в мозг человека и читать его мысли. В итоге получается, что техника дошла до такого уровня, когда она побеждает смерть, выразимся сильнее: меняет само определение смерти. Скорее всего, обследование по схеме Лорея скоро станет рутинным для всех пациентов, чей мозг сегодня объявляют умершим.

Всемирную известность этот впечатляющий и страшный случай получил в 2009-м году, когда прошедшему курс интенсивной терапии Хоубену якобы удалось начать контролировать движения одного пальца на правой руке и вступить в осмысленную коммуникацию с окружающими при помощи сенсорного компьютерного терминала. Правда, для этого Рому требовался поддерживающий руку и улавливающий мускульные импульсы больного помощник: такой метод носит название facilitated communication. В случае Хоубена помощником была “речевой терапевт” Линда Ваутерс. Однако совсем недавно, в феврале 2010 года Стивен Лорейс провел максимально полный тест без помощи “речевого терапевта”. Рому Хоубену давалась возможность 15 раз при помощи сенсорной клавиатуры выбрать из нескольких предметов один “правильный”, названный врачом. Однако все 15 попыток провалились. Вердикт неутешителен: Хоубен, утверждает доктор Лорейс в новом интервью “Шпигелю”, не может контролировать свои движения настолько, чтобы общаться с кем-либо через компьютер. Недавние сенсационные успехи, прославившие “случай Хоубена” на всю планету, таким образом, остаются на совести “речевого терапевта” — возможно, впрочем, просто искренне принимавшего желаемое за действительное.

Все это, однако, не означает автоматически, что история Рома Хоубена, со всем ее ужасом и надеждой — сплошная ложь. Стивен Лорейс ставил свой диагноз, основываясь на множестве тестов, в том числе томографическом исследовании, показавшем, что мозг Хоубена работает в практически нормальном режиме. В интервью BBC доктор Лорейс сказал: “Случай Рома — не об установлении коммуникации, а об установлении того, что человек пребывает в сознании и жив как личность”.

Фильм “Скафандр и бабочка”, снятый по одноименной книге Жана-Доминика Боби, был выдвинут на Оскар-2008. Режиссер Джулиан Шнабель предпринял нелегкую попытку увидеть бабочку души под неподвижной и бесполезной скорлупой человеческого тела. Это не только о повествование о психологических муках, но и об обретенной способности видеть сны наяву, перемещаться в параллельных пространствах и посещать другие миры.

Самый знаменитый пациент с LIS — главный редактор французского журнала Elle Жан-Доминик Боби. Через двадцать дней после инсульта Боби вышел из комы и обнаружил, что у него парализовано все тело, кроме левого глаза. Врачи в клинике придумали специальный алфавит для Боби, в этот алфавит входили только самые часто используемые буквы французского языка. Обычно логопед медленно читал подряд буквы, если это была нужная буква, то Боби мигал один раз. Одно мигание означало “да”, два мигания — “нет”. Журналист смог надиктовать книгу “Скафандр и бабочка” о своей трагедии, о том, как в безжизненной оболочке снуют мысли, будто испуганные бабочки, и это — единственное живое, что осталось от человека, заживо похороненного в своем собственном теле. Вскоре после выхода книги Боби умер.

Илья Колмановский


Метки: инсульт, кома, паралич, сознание, терапия

No comments yet.

Leave a comment

You must be logged in to post a comment.