Брось свое бревно!

Мне кажется, главная проблема моего поколения — мы боимся жить. Человек доживающий — пожалуй, самое точное определение для многих из тех, кому сейчас около 50 или немногим за…

Ро­ди­тель или ко­ня­га?

“Удов­ле­тво­ряй­те соб­ст­вен­ные по­треб­но­с­ти — и лишь за­тем по­треб­но­с­ти дру­гих, — по­со­ве­то­вал я свер­ст­ни­кам в сво­ей пуб­ли­ка­ции “Есть ли жизнь на эк­ва­то­ре?” в но­ябрь­ском но­ме­ре жур­на­ла за про­шлый год. — Не де­лай­те лиш­ней ра­бо­ты, пе­ре­смо­т­ри­те свои вза­и­мо­от­но­ше­ния с день­га­ми”. И по­зи­ция ав­то­ра, что на­зы­ва­ет­ся, не ос­та­лась без­на­ка­зан­ной.

— Пре­ле­ст­ный со­вет для со­ро­ка­лет­них, — хмык­нул в от­вет не­кто Da-s, ра­зы­с­кав­ший в Се­ти мой e-mail, — с уче­том тен­ден­ции по­зд­не­го взрос­ле­ния, по­зд­них бра­ков и со­от­вет­ст­ву­ю­ще­го рож­де­ния де­тей. В этом воз­ра­с­те у мно­гих они сов­сем еще ма­лень­кие. Тут па­хать на­до, как конь — кор­мить же­ну, под­ни­мать од­но­го-дво­их от­пры­с­ков, под­дер­жи­вать ро­ди­те­лей…

— Вот-вот, для та­ких это и на­пи­са­но, — не ос­тал­ся в сто­ро­не я. — Для вну­шив­ших се­бе, буд­то они толь­ко и долж­ны, что “па­хать, как конь”. А это ли на­до по боль­шо­му сче­ту на­шим близ­ким? Мо­жет, ку­да важ­нее для них ви­деть па­пу не ко­ня, а сча­ст­ли­во­го че­ло­ве­ка? Или вы не­пре­мен­но хо­ти­те вы­ра­с­тить та­ко­го же ко­ня?

— При­ме­ров 30-35-40-лет­них, что жи­вут по опи­сан­ной ва­ми схе­ме, пре­до­ста­точ­но, — не сда­вал­ся оп­по­нент. — Толь­ко им и па­па­ми-то не стать, это им на­прочь не нуж­но. Это ж за­бо­тить­ся о ком-то на­до, на­пря­гать­ся, па­хать опять-та­ки. Так и жи­вут, ме­няя жен или лю­бов­ниц, по­лу­чая удо­воль­ст­вие от са­мих се­бя. Пре­крас­нень­ко се­бе ус­т­ра­и­ва­ют­ся в ро­ди­тель­ских квар­ти­рах, об­слу­жи­ва­ют­ся ма­ма­ми…

Da-s яв­но ме­ня не по­нял. Ибо со­ве­ты мои ад­ре­со­ва­ны че­ло­ве­ку “по­сле­по­лу­ден­но­го воз­ра­с­та”, как на­зы­вал его Юнг. При­чем то­му, кто уже по­был “ко­нем” свои пер­вые со­рок лет — но все ча­ще тя­го­тит­ся тем, что к это­му свел­ся весь смысл его существования…

“Комсомолец, на самолет!”

Если по­мни­те, Пе­ле­вин в сво­ей “Он­то­ло­гии дет­ст­ва” фик­си­ру­ет ро­ди­тель­ский “син­д­ром брев­на”. “Вро­де бы они (взрос­лые)… на се­кун­ду от­пу­с­ка­ют не­ви­ди­мое брев­но, ко­то­рое не­сут всю жизнь, что­бы с улыб­кой на­гнуть­ся к те­бе, а по­том, вы­пря­мив­шись, опять взять­ся за не­го и по­не­с­ти даль­ше… На са­мом де­ле они хо­тят, что­бы ты стал та­ким же, как они, им на­до ко­му-ни­будь пе­ред смер­тью пе­ре­дать свое брев­но. Не зря же они его не­сли”.

Но как тут бро­сить его, это про­кля­ту­щее брев­но? Ес­ли сын-пя­ти­класс­ник жа­лу­ет­ся, что у всех де­тей в клас­се — до­ро­гие крос­сов­ки… Дру­гой ан­фан те­рибль, дочь-сту­дент­ка, хо­чет но­вую ма­ши­ну. Не по­то­му что ста­рая раз­ва­ли­лась: про­сто мо­дель у нее — не та­кая пре­стиж­ная, как у по­дру­жек по уни­вер­си­те­ту. И ей не­лов­ко перед ни­ми.

Что ей объ­яс­нять, ес­ли она и так все зна­ет. Что у па­пы со­шел на нет биз­нес? Что сам он толь­ко-толь­ко вос­ста­но­вил­ся по­сле ин­суль­та? И что де­нег в до­ме хва­тит на­дол­го — ес­ли не слиш­ком ши­ко­вать и тем бо­лее не ты­рить из се­мей­но­го за­гаш­ни­ка?

И вот па­па уже тай­ком от до­маш­них сбе­га­ет по­сту­чать ра­кет­кой в свой лю­би­мый тен­нис. И слу­ча­ет­ся, бы­ва­ет изоб­ли­чен. И вы­слу­ши­ва­ет, при­чем все бо­лее на­пря­жен­ное: па­па, по­че­му ты не ра­бо­та­ешь? Иди ра­бо­тать. Не от же­ны вы­слу­ши­ва­ет, за­меть­те.

Хо­тя и же­на то и де­ло обес­по­ко­е­нно зво­нит бла­го­вер­но­му на мо­биль­ный: ты где? Нет, муж­ни­ны из­ме­ны ее дав­но уже не вол­ну­ют. Ее вол­ну­ет дру­гое: кру­тит­ся ли су­пруг, за­ра­ба­ты­ва­ет ли для се­мьи.

На­ка­ну­не она дол­го вти­ра­ла му­жу за вы­ду­тую им по рю­маш­ке бу­тыл­ку сли­воч­но­го ли­ке­ра “Бей­лис” из до­маш­не­го ба­ра. И де­ло бы­ло, ко­неч­но, не в ска­ред­но­с­ти и да­же не в том, что “Бей­лис” буд­то бы пред­наз­на­чал­ся стар­шей до­че­ри “от дав­ле­ния”. Про­сто так уж ус­т­ро­е­ны на­ши же­ны-до­мо­хо­зяй­ки: пер­спек­ти­ва об­ре­с­ти ста­тус су­пру­ги ком­мер­сан­та-не­удач­ни­ка, а те­перь, вы­хо­дит, еще и без­ра­бот­но­го-ал­ко­го­ли­ка — спо­соб­на вы­звать у них на­ту­раль­ную па­ни­ку.

Тут па­па­ше и объ­яс­нить бы дет­кам — да в при­сут­ст­вии по­ло­ви­ны, что гон­ка быть “не ху­же лю­дей” не име­ет сча­ст­ли­во­го фи­ни­ша. На­пом­нить бы, что се­мьи по сво­ей “ка­пи­та­ли­за­ции” — раз­ные. И что ку­да до­стой­нее де­мон­ст­ри­ро­вать пе­ред свер­ст­ни­ка­ми ка­кие-то свои лич­ные ка­че­ст­ва, чем воз­мож­но­с­ти ро­ди­тель­ско­го ко­шель­ка.

Ну, а не по­мо­жет — так пред­ло­жить от­пры­с­кам са­мим за­ра­бо­тать се­бе на ши­кар­ную жизнь.

Этот па­па­ша, при­ятель мой, ног под со­бой не чуя, мно­го лет вка­лы­вал, что­бы ку­пить дом в пре­стиж­ном рай­о­не. Ку­пил-та­ки. Прав­да, при этом, по­вто­рю, по­до­рвал здо­ро­вье. И ему на­вер­ня­ка ду­ма­лось: ну, те­перь, на­ко­нец, пе­ре­дох­ну. Ка­кое там! Об­ста­вить ме­бе­лью, тех­ни­кой но­вое жи­лье на­до? А там как-ни­как три эта­жа плюс бейс­мент. А уча­с­ток бла­го­ус­т­ро­ить?

Круг об­ще­ния в этом кот­тедж­ном по­сел­ке та­ков, что все вре­мя вы­нуж­да­ет тя­нуть­ся в ма­те­ри­аль­ном пла­не за боль­шин­ст­вом. А по­том дочь вый­дет за­муж за пар­ня из это­го кру­га, и опять раз­даст­ся: “Па­па, на­до ра­бо­тать!” Не долж­на же от­цо­ва лю­би­ми­ца чув­ст­во­вать се­бя ря­дом с му­жем Зо­луш­кой. А там вну­ки пой­дут. Де­душ­ка, ра­бо­тать! А ес­ли еще, не дай бог, лич­ная жизнь у до­че­ри не за­ла­дит­ся?

А меж­ду тем вло­жить в та­ких де­ти­шек по­боль­ше не­ма­те­ри­аль­ных ак­ти­вов — бы­ло бы сов­сем не­лиш­не. По край­ней ме­ре, па­па-друг ну­жен им яв­но не мень­ше, чем па­па-бан­ко­мат, по ко­то­ро­му они уже при­вык­ли сту­чать так де­ло­ви­то и тре­бо­ва­тель­но.

И, кста­ти, столь на­ро­чи­тый от­каз ро­ди­те­ля от соб­ст­вен­ных ин­те­ре­сов в поль­зу де­тей ведь есть в ка­кой-то ме­ре при­зна­ние им соб­ст­вен­но­го жиз­нен­но­го фи­а­с­ко. Раз­ве че­ло­век, что уже не жи­вет для се­бя, не де­мон­ст­ри­ру­ет тем са­мым, что свое он от­жил? Со­от­вет­ст­вен­но к не­му от­но­сят­ся и близ­кие.

Так у под­ра­с­та­ю­щих де­тей за­креп­ля­ет­ся в со­зна­нии иж­ди­вен­че­с­кая ма­т­ри­ца по­ве­де­ния. Они на­чи­на­ют по­ни­мать: в жиз­ни сов­сем не обя­за­тель­но че­го-то до­би­вать­ся. Мож­но ос­та­вать­ся и сла­бым. Про­сто все­гда на­до иметь под ру­кой силь­но­го, чтоб, как мет­ко за­ме­ча­ет од­на моя при­ятель­ни­ца, грел бы и ве­се­лил.

“На­до” и “хо­чу”

Ис­тин­ная про­бле­ма здесь, ду­маю, в том, что му­жик, кро­ме “брев­на”, ча­с­то не зна­ет, чем за­пол­нить свою жизнь. Он бо­ит­ся спить­ся от то­с­ки, бо­ит­ся по­те­рять се­мью, бо­ит­ся тя­же­ло за­бо­леть или по­пасть в тюрь­му. Все это — ре­аль­но из­ве­ст­ные ему аль­тер­на­ти­вы.

Но по­че­му он сам се­бе не ин­те­ре­сен? По­че­му с са­мим со­бой-то ему то­с­к­ли­во и страш­но? Не в по­след­нюю оче­редь ме­ша­ет все та же “ма­т­ри­ца брев­на”, вос­при­ня­тая им от ро­ди­те­лей.

Ну а са­мое-то глав­ное — наш ге­рой не хо­чет при­ни­мать на се­бя от­вет­ст­вен­ность за свою соб­ст­вен­ную жизнь. Его впол­не ус­т­ра­и­ва­ет, что от­вет­ст­вен­ность эта де­ле­ги­ро­ва­на ко­му-то дру­го­му. А то, что это теп­лое стой­ло име­ет и обо­рот­ную сто­ро­ну в ви­де хо­му­та — это ведь об­на­ру­жи­ва­ет­ся да­ле­ко не сра­зу…

Так что ес­ли те­бя не ува­жа­ют соб­ст­вен­ные де­ти, ско­рее все­го, это по­то­му, что сам ты не ува­жа­ешь се­бя. По­это­му — ува­жай се­бя. По­жа­лей то­го ма­лень­ко­го маль­чи­ка из тво­е­го се­мей­но­го аль­бо­ма, что так меч­тал по­ско­рее вы­ра­с­ти и стать сча­ст­ли­вым. Не уби­вай эту вто­рую по­ло­ви­ну его меч­ты. Поз­воль ей осу­ще­ст­вить­ся.

Дру­гой мой при­ятель с же­ной ста­ли к со­ро­ка по­хо­жи друг на друж­ку, как ста­ро­свет­ские по­ме­щи­ки. Оба при­зе­ми­с­тые, плот­нень­кие. Гу­ляя, дер­жат­ся за ру­ки. По-мо­е­му, он про­сто бо­ит­ся ос­та­вать­ся один, без сво­ей Зи­ны. На маль­чиш­ни­ках, как толь­ко стем­не­ет, он сра­зу на­чи­на­ет нерв­ни­чать. Рвет­ся до­мой. Я го­во­рю ему не без со­чув­ст­вия: ну, ес­ли так на­до — то­пай. Толь­ко нерв­ни­чать-то ка­кой смысл? Твоя Зи­на-то все рав­но это­го не ви­дит!

Гля­дя на не­го, не­воль­но вспо­ми­наю се­бя — этак де­ся­ти­лет­ней дав­но­с­ти, ак­ку­рат на­ка­ну­не раз­во­да. По­че­му-то му­жи­ка, по­ста­вив­ше­го на се­бе крест, пер­вым де­лом вы­да­ют за­пу­щен­ные ног­ти. По­том ото­рван­ный хля­с­тик ве­шал­ки на паль­то. И, на­ко­нец, зу­бы. На те­бе мо­жет быть не са­мый по­след­ний гал­стук — но улы­бать­ся от ду­ши не мо­ги: сра­зу об­на­жа­ют­ся щер­би­ны, а то и урод­ли­вые об­лом­ки рез­цов.

А еще вне ра­бо­ты ты, ко­неч­но, одет, как за­дры­га. В ка­кое-ни­будь паль­те­цо из тех, в ко­их бе­гал на фут­бол еще в вось­мом клас­се. Ино­гда хо­чет­ся зад­ним чис­лом со­драть с се­бя тог­даш­не­го все, как с за­вшив­лен­но­го бом­жа, да и сжечь. Ведь это — сиг­на­лы о жиз­нен­ном не­бла­го­по­лу­чии. И ес­ли у те­бя на­ча­ло при­хва­ты­вать, ска­жем, где-то в гру­ди — это, ско­рее все­го, сиг­нал и о ду­шев­ном не­здо­ро­вье.

По-мо­е­му, мно­гое тут идет от стра­ха. Страх опу­тал те­бя. Не бой­ся, ми­лый! Не бой­ся жить! На каж­дое при­выч­ное “на­до” на­хо­ди в се­бе за­вет­ное “хо­чу”. Пусть они для на­ча­ла сой­дут­ся 50 на 50. Каж­дый день на по­ло­ви­ну обя­за­тель­ных за­бот оты­с­ки­вай столь­ко же не­о­бя­за­тель­ных, но не­пре­мен­но при­ят­ных. И чем те­бе даль­ше за со­рок, тем со­от­но­ше­ние это долж­но рас­ти в поль­зу тво­их же­ла­ний, скром­ных и не очень.

Ес­ли поз­во­ля­ют сред­ст­ва — от­ло­жи в этом ме­ся­це хо­тя бы $200. И дай се­бе сло­во, что ис­тра­тишь их на то­го маль­чи­ка со ста­рой фо­то­гра­фии. По­да­ришь ему хо­тя бы од­но но­вое яр­кое впе­чат­ле­ние. Ска­жем, те­бе до­ве­лось из­ве­дать ка­кой-ни­будь муж­ской СПА-ри­ту­ал вро­де “Грез сул­та­на”? Ну, там, рас­слаб­ля­ю­щий бер­бер­ский мас­саж, лег­кий, ос­ве­жа­ю­щий ко­жу ли­ца пи­линг, аро­ма­ти­че­с­кие обер­ты­ва­ния с це­леб­ной па­с­той на ос­но­ве ма­рок­кан­ской гли­ны… Ка­кие-то две­с­ти бак­сов за то, что­бы пе­ре­не­с­тись од­наж­ды в сказ­ку ты­ся­чи и од­ной но­чи — не­уж­то жал­ко?

По­ни­маю, с об­ра­зом бру­таль­но­го ма­чо, а тем бо­лее до­быт­чи­ка се­мьи это вя­жет­ся ма­ло. Но ведь да­же ло­си ино­гда, ри­с­куя жиз­нью, при­хо­дят к со­ли…

А пря­мо за­в­т­ра, по пу­ти с ра­бо­ты — за­гля­ни в тот уют­ный ре­с­то­ран­чик, ми­мо ко­то­ро­го ты про­бе­гал столь­ко раз. Все­го на ча­сок. И про­сто воз­на­гра­ди се­бя за не са­мый лег­кий день в сво­ей жиз­ни. Рас­слабь­ся, от­клю­чи мо­биль­ный. А в вы­ход­ные — отп­равь­ся в со­ба­чий пи­том­ник, за дру­гом, о ко­то­ром ты дав­но меч­тал. Или то­му маль­чи­ку хо­те­лось боль­шо­го-пре­боль­шо­го ак­ва­ри­у­ма?

А мо­жет, те­бе хо­чет­ся по­го­нять с маль­чиш­ка­ми мя­чик на по­ля­не? По­мнишь, как не­о­хот­но те­бя, са­мо­го ма­лень­ко­го и не­уме­ло­го, ког­да-то при­ни­ма­ли в иг­ру?

Еще мож­но од­наж­ды при­та­щить до­мой тю­би­ки с кра­с­кой и… нет, не под­но­вить об­лу­пив­ший­ся по­до­кон­ник — а по­ма­хать ки­с­тью на са­мом на­сто­я­щем хол­сте. Есть та­лант, нет та­лан­та — это здесь со­вер­шен­но не при ­чем: то бу­дет про­сто за­ду­шев­ный раз­го­вор с са­мим со­бой, с те­ми не­за­бы­ва­е­мы­ми впе­чат­ле­ни­я­ми сво­ей жиз­ни, из ко­то­рых и скла­ды­ва­ют­ся про­жи­тые го­ды.

А бли­же к осе­ни мах­ни с дру­гим та­ким же “брев­но­нос­цем” на не­дель­ку по-хэ­мин­гу­э­ев­ски по­жить в до­ми­ке на бе­ре­гу озе­ра. Раз­бе­жи­тесь по раз­ные сто­ро­ны, а даль­ше толь­ко, ты, солн­це, по­пла­вок — и бо­лее ни­ко­го. Про­ти­во­по­лож­ный ва­ри­ант — вы­са­дить­ся где-ни­будь на Гоа со слу­чай­ной шум­ной ком­па­ни­ей, ис­кав­шей по­пут­чи­ка в Ине­те.

Толь­ко не взду­май от­пра­вить­ся в пу­те­ше­ст­вие по па­мят­ным ме­с­там юно­с­ти, оты­с­ки­вать ста­рых дру­зей. Вот но­вые ра­зо­ча­ро­ва­ния нам точ­но ни к че­му.

Мой лич­ный путь — “как пе­ре­стать бес­по­ко­ить­ся и на­чать жить” — и во­все ока­зал­ся прост. Я, ка­жет­ся, уму­д­рил­ся… влю­бить­ся. Ус­лы­хал, как ка­кая-то жен­щи­на, под­ни­мав­ша­я­ся в лифте в мо­ем соб­ст­вен­ном подъ­ез­де дик­то­ва­ла но­мер сво­е­го мо­биль­но­го, су­дя по все­му, ком­пью­тер­но­му ма­с­те­ру. И за­пом­нил. Уж боль­но го­лос был та­кой… эро­тич­ный.

И вот уже три дня эти один­над­цать цифр кра­су­ют­ся у ме­ня при­кноп­лен­ны­ми над зер­ка­лом в при­хо­жей. А те­перь, ка­жет­ся, я да­же со­зрел, что­бы по­зво­нить. Вот толь­ко под­пись под этим ма­те­ри­а­лом по­став­лю…

Вла­ди­мир Жу­ков


Метки: slider, возраст, дочь, семья, страх

No comments yet.

Добавить комментарий