Истерия — сестра таланта?

Иллюстрация не­ко­то­рых черт ха­ракте­ра из­ве­ст­ных лю­дей по­мо­жет нам пред­ставить, до че­го мо­жет дойти ис­те­ро­ид­ность, когда пе­ре­ступа­ет рамки нормаль­ных проявле­ний.

Сара Бер­нар 

Ве­ли­кую ко­ро­ле­ву сце­ны и эк­ра­на мож­но при­знать пер­вой “звез­дой”, ко­то­рая сде­ла­ла се­бе имя на скан­да­ле. Прак­ти­че­с­ки, с тех пор, как Са­ра ста­ла из­ве­ст­на, не бы­ло ни од­но­го дня, что­бы га­зе­ты не пи­са­ли об оче­ред­ном эпа­та­же, свя­зан­ном с ак­т­ри­сой. То она по­ку­па­ет в дом ди­кую пан­те­ру, то ле­та­ет на воз­душ­ном ша­ре, то она при­об­ре­та­ет для до­маш­не­го ин­те­рь­е­ра… гроб. По­го­ва­ри­ва­ли, что в этом гро­бу “шут­ни­ца” Са­ра обо­жа­ет за­ни­мать­ся лю­бо­вью со сво­и­ми мно­го­чис­лен­ны­ми лю­бов­ни­ка­ми. Аме­ри­кан­ский пи­са­тель Ге­н­ри Джеймс на­звал Са­ру Бер­нар “ге­ни­ем са­мо­рек­ла­мы”. И она дей­ст­ви­тель­но до­би­лась сво­е­го: при­род­ная ода­рен­ность, по­до­гре­ва­е­мая ис­те­ри­че­с­ки­ми вспле­с­ка­ми, ог­ром­ное че­с­то­лю­бие и ко­лос­саль­ная энер­ге­ти­ка вку­пе и со­зда­ли об­раз ге­ни­аль­ной ак­т­ри­сы. Са­ма же Са­ра вспо­ми­на­ла: “Еще бу­ду­чи ре­бен­ком, я ча­с­то хо­те­ла уме­реть, что­бы до­са­дить ро­ди­те­лям. Я, и став взрос­лой, пле­ва­ла на все пра­ви­ла при­ли­чия и ус­лов­но­с­ти, на мо­ду, на вкус — уже пре­не­бре­же­ни­ем ко все­му это­му я вы­де­ля­лась из тол­пы”.

Александр Керенский 

Гла­ва Вре­мен­но­го пра­ви­тель­ст­ва Рос­сии яв­лял со­бой при­мер пре­крас­но­го по­ли­ти­ка и не­урав­но­ве­шен­но­го ис­те­ри­ка. Уже один его внеш­ний вид был не та­ким, как у всех — не­смо­т­ря на страш­ное го­лод­ное вре­мя, он все­гда был фран­том — чи­с­то вы­брит, бо­га­то одет; при­щу­рен­ный глаз, кри­вая улыб­ка, об­на­жав­шая верх­нюю че­люсть. Он обо­жал пом­пу. Свои ре­чи он не про­из­но­сил, как по­до­ба­ет го­су­дар­ст­вен­но­му де­я­те­лю, а бук­валь­но вы­кри­ки­вал. Ино­гда, в по­ры­ве ис­те­ри­че­с­ких стра­с­тей, он вы­кри­ки­вал та­кую аб­ра­ка­да­б­ру, что всю эту чушь при­хо­ди­лось вы­трав­ли­вать из тек­с­та сте­но­грамм.

Сергей Есе­ни­н 

В этой свя­зи мож­но вспом­нить еще и по­ис­ти­не ге­ни­аль­но­го рус­ско­го по­эта на­ча­ла ХХ ве­ка Сер­гея Есе­ни­на. Маль­чик с дет­ст­ва был хо­рош как ан­гел — ку­д­ряв, бе­ло­кур, го­лу­бо­глаз. Его вос­пи­ты­ва­ли ба­буш­ка с де­душ­кой, ро­ди­те­ли жи­ли в го­ро­де, пы­та­ясь за­ра­бо­тать. Ма­лень­кий Сер­гей счи­тал се­бя об­де­лен­ным и, ког­да ро­ди­те­ли при­ез­жа­ли (кста­ти, он по ним не осо­бо ску­чал), на­чи­нал на­вз­рыд ры­дать, при­чи­тая, “у ме­ня нет ни от­ца, ни ма­те­ри”. Бу­ду­чи кра­сав­цем, сов­сем еще маль­чиш­кой, он влю­бил­ся в жен­щи­ну, поч­ти вдвое стар­ше его. Уже тог­да он на­учил­ся иг­рать на чув­ст­вах жен­щин — он уг­ро­жал ей, что ес­ли она не уй­дет от му­жа, он по­кон­чит с со­бой. При­ехав в Моск­ву, мно­го ра­бо­тая, Есе­нин “пу­с­тил­ся во все тяж­кие”. Бес­ко­неч­ные жен­щи­ны и бес­ко­неч­ные воз­ли­я­ния. Все его бра­ки, ед­ва на­чав­шись, бы­ли на гра­ни сры­ва — и с Зи­на­и­дой Райх, и с Ай­си­до­рой Дун­кан. Пе­чаль­но, но лю­бо­пыт­но, что обе эти жен­щи­ны по­гиб­ли страш­ной смер­тью. Ог­ром­ная по­пу­ляр­ность, сла­ва, по­кло­не­ние, мно­го­чис­лен­ные хва­леб­ные ста­тьи сде­ла­ли из Есе­ни­на идо­ла для са­мо­го се­бя. Он и так все­гда от­но­сил­ся к се­бе с пи­е­те­том, а тут день­ги и сла­ва окон­ча­тель­но снес­ли ему го­ло­ву. Од­наж­ды он да­же убил че­ло­ве­ка — ям­щик от­ка­зал­ся его вез­ти, ска­зав: “Э, ба­рин, да вы пья­ны”. С кри­ком: “Да, ты, зна­ешь, кто я? Я — Есе­нин”, — он вы­та­щил ям­щи­ка с ко­зел и бро­сил под но­ги ло­ша­ди, ко­то­рая, с пе­ре­пу­гу, и за­топ­та­ла му­жи­ка. Де­ло за­мя­ли. Вку­пе с бо­лез­нью, ал­ко­голь де­лал свое де­ло — к се­ре­ди­не двад­ца­тых го­дов Есе­нин был со­вер­шен­но пси­хи­че­с­ки боль­ным че­ло­ве­ком, а ведь ему не бы­ло еще и трид­ца­ти…


Метки: истерия, психоанализ

No comments yet.

Leave a comment

You must be logged in to post a comment.