Синдром Графа Монте-Кристо

Человек, одержимый жаждой мести, как это ни горько осознавать, отнимает годы полноценной жизни лишь у самого себя.

 Ка­кой те­атр!

…Из сво­е­го ок­на я ви­жу стран­но­го че­ло­ве­ка. Он все­гда про­гу­ли­ва­ет­ся од­ним и тем же мар­ш­ру­том, гля­дя се­бе под но­ги. Пле­чи его опу­ще­ны, ли­цо на­пря­же­но, он, вер­но, и сам не по­мнит, ког­да в по­след­ний раз улы­бал­ся. Ес­ли про­хо­жие спра­ши­ва­ют у не­го до­ро­гу к бли­жай­ше­му те­а­т­ру, он злит­ся. “Ка­кой, к чер­ту, те­атр?! — хо­чет­ся вос­клик­нуть ему. — Вы что, не ви­ди­те, что я ру­га­юсь с же­ной?”

Это мой при­ятель Ке­ша не­сколь­ко лет на­зад. Я спу­с­ка­юсь к не­му, и мы вме­с­те про­гу­ли­ва­ем­ся по скве­ру. Мне хо­чет­ся взять его под ру­ку. Я ви­дел по те­ле­ку: так по­мо­га­ют че­ло­ве­ку, по­ра­жен­но­му де­ком­прес­си­ей — ког­да мед­лен­но-мед­лен­но под­ни­ма­ют его с глу­би­ны на спа­си­тель­ную, но вме­с­те с тем смер­тель­но опас­ную по­верх­ность.

Кеш­ка, дей­ст­ви­тель­но, не в се­бе. Мне да­же ка­жет­ся, он все вре­мя дро­жит — ка­кой-то не­ви­ди­мой, вну­т­рен­ней дро­жью. Мой при­ятель одер­жим пла­на­ми от­мще­ния быв­шей же­не, ко­то­рая из то­го же чув­ст­ва ме­с­ти — за раз­вод — от­ня­ла у не­го по су­ду ма­лень­кую дочь.

Меж­ду про­чим, доч­ка — ее при­ем­ная, от пре­ды­ду­ще­го Кеш­ки­но­го бра­ка. По-мо­е­му, тут да­же Ев­ри­пид от­ды­ха­ет — с его Ме­де­ей, в от­ме­ст­ку му­жу убив­шей соб­ст­вен­ных сы­но­вей…

Женщины и слоны никогда не забывают обиду. Гектор Хью Манро

Вот уже мно­го ме­ся­цев мой при­ятель не мо­жет ни ду­мать, ни го­во­рить ни о чем дру­гом, кро­ме как об “этой”. Но мне хо­чет­ся ве­рить, что это по­ме­ша­тель­ст­во у при­яте­ля — не­за­ви­си­мо от ис­хо­да су­деб­ной тяж­бы — все же ско­ро прой­дет. Хо­тя я знаю, что “пе­пел Кла­а­са” мо­жет сту­чать в серд­це уязв­лен­но­го че­ло­ве­ка мно­гие го­ды. И мо­жет пе­ре­рас­ти да­же в ма­ни­а­каль­ную мсти­тель­ность, оз­лоб­лен­ность на всех и вся, а то и обер­нуть­ся тя­же­лой бо­лез­нью, при­чем не толь­ко пси­хи­че­с­кой.

Ведь оби­да и жаж­да ме­с­ти по­жи­ра­ют не обид­чи­ка — тот обыч­но пре­бы­ва­ет на сей счет в сча­ст­ли­вом не­ве­де­нии. Они от­рав­ля­ют жизнь са­мо­го мсти­те­ля, ос­тав­ляя по­сле се­бя все но­вые вы­жжен­ные до­тла зо­ны его ду­ши. Это как бы про­дол­жен­ный ку­му­ля­тив­ный эф­фект от все той же ра­нее на­не­сен­ной трав­мы, толь­ко те­перь це­на его го­раз­до вы­ше. Це­на эта — ме­ся­цы и го­ды пол­но­цен­ной жиз­ни, ко­то­рые оби­жен­ный, что с го­ре­чью осо­зна­ет­ся им поз­же, от­ни­ма­ет уже сам у се­бя.

Пес, бес­пре­рыв­но охо­тя­щий­ся за соб­ст­вен­ным хво­с­том — вот еще один убий­ст­вен­но точ­ный об­раз на эту те­му.

Та­кой одер­жи­мый мсти­тель жи­вет од­ним толь­ко про­шлым. Бу­ду­щее же свя­зы­ва­ет­ся для не­го толь­ко с от­мще­ни­ем, ну, а на­сто­я­ще­го как бы и во­все не су­ще­ст­ву­ет. Тот же Кеш­ка, под­няв од­наж­ды го­ло­ву, уви­дел ря­дом со сво­им до­мом пре­крас­ную баш­ню: по­хо­же, ее воз­ве­ли бук­валь­но за ночь. На са­мом же де­ле строй­ка, при­чем до­воль­но шум­ная, за­кон­чи­лась еще пол­го­да на­зад.

Чув­ст­во ме­с­ти обыч­но вы­зре­ва­ет в не­сколь­ко эта­пов.

  1. Не мо­жет быть! Не ве­рю!
  2. Как он(а) мог(ла)?
  3. Но по­че­му я?
  4. Я ото­мщу ему (ей)!
  5. И, на­ко­нец, са­мый опас­ный: я ото­мщу вам всем!

Это ког­да не­удов­ле­тво­рен­ная жаж­да ме­с­ти уже на­столь­ко рас­пи­ра­ет че­ло­ве­ка, что в от­сут­ст­вие ре­аль­но­го обид­чи­ка ему ста­но­вит­ся все рав­но, с кем сво­дить сче­ты. И тог­да объ­ек­том мще­ния за­про­с­то мо­жет ока­зать­ся кто-то про­сто са­мый для это­го до­ступ­ный — ни в чем не по­вин­ный под­чи­нен­ный, близ­кий че­ло­век, жи­ву­щий ря­дом, сла­бый од­но­класс­ник или са­ла­га-со­слу­жи­вец.

Месть как на­ка­за­ние… се­бя?

Не­вер­но ду­мать, буд­то ду­ше­раз­ди­ра­ю­щие стра­с­ти, опи­сан­ные в “Гам­ле­те” и “Ве­не­ци­ан­ском куп­це”, уш­ли в не­бы­тие вме­с­те с шек­с­пи­ров­ской эпо­хой. Месть и се­го­дня встре­ча­ет­ся в на­шей жиз­ни на каж­дом ша­гу, под­час да­же бо­лее кро­ва­вая и изо­щ­рен­ная, чем тог­да. Про­сто пре­сы­щен­ные ин­фор­ма­ци­ей, за­во­ро­жен­ные кли­по­во­с­тью ее мель­ка­ния на эк­ра­не мы не ус­пе­ва­ем за­ду­мать­ся, что про­ис­хо­дя­щее во­круг — зве­нья од­ной це­пи.

Вспом­ним же сле­са­ря, взо­рвав­ше­го жи­лой дом в Ар­хан­гель­ске. Ка­ри­ка­ту­ры на Хо­ло­кост. Тра­ги­че­с­кую ги­бель Ан­ны По­лит­ков­ской. Охо­ту Рам­за­на Ка­ды­ро­ва за убий­ца­ми от­ца. Со­чин­скую кра­са­ви­цу с обе­зо­б­ра­жен­ным кис­ло­той ли­цом. Бе­зу­теш­но­го гла­ву се­мей­ст­ва, убив­ше­го швей­цар­ско­го авиа­ди­с­пет­че­ра. Рас­пра­ву над ту­рец­ким жур­на­ли­с­том ар­мян­ско­го про­ис­хож­де­ния…

Не сто­ит, ко­неч­но, пред­став­лять мир как оче­редь из же­ла­ю­щих ото­мстить. Вме­с­те с тем все­мир­ная ис­то­рия во мно­гом есть ис­то­рия бес­ко­неч­ных обид и мще­ний и про­яв­лен­ных при этом ни­зо­с­ти и воз­вы­шен­но­с­ти че­ло­ве­че­с­ко­го ду­ха.

Pages: 1 2 3


Метки: месть, ненависть, обида, Синдром Графа Монте Кристо, эмоция

No comments yet.

Leave a comment

You must be logged in to post a comment.